АС Московского округа не позволил оставить банкрота без жилья

Несмотря на разъяснения Верховного и Конституционного судов, практика по взысканию единственного жилья остается непредсказуемой. «Отбить» квартиру у кредиторов до покупки замещающего жилья кому-то поможет свежее постановление АС Московского округа: кассация запретила продавать дорогую недвижимость до того, как банкроту в собственность предоставят новую. Юристы оценили позицию суда как «правильный и полезный шаг» в регламентировании такой процедуры.

Проблема исполнительского иммунитета на единственное жилье несостоятельного гражданина стала актуальной сразу после появления процедуры банкротства физлиц в 2015 году. Пока она решается исключительно правоприменительной практикой. Конституционный суд в 2021 году допустил размен роскошного жилья на более «приземленное» и тогда же предписал изменить норму о взыскании единственного жилья, но это так и не сделали до сих пор. Позднее дополнительные разъяснения по этому вопросу давал и Верховный суд в деле № А73-12816/2019 о банкротстве Владимира Балыкова (подробнее — ВС впервые определил правила продажи единственного жилья банкрота).

Иногда суды допускают ошибки и толкуют очень широко или, наоборот, узко понятие «злоупотребление» — одно из оснований отказа в исполнительном иммунитете, отмечает адвокат КА Юков и Партнеры Илья Бахилин. Так произошло в деле № А40-208133/2019, в котором должница незадолго до своего банкротства подарила жилье своему отцу. Суды признали сделку злоупотреблением правом и лишили дом исполнительского иммунитета, позволив продать его в пользу конкурсной массы и кредиторов. «Но КС определил понятие «злоупотребление» лишь одним случаем — когда должник сам создает ситуацию, что спорное жилье становится единственным», — напоминает юрист. Поэтому решения судов по этому вопросу отменили.

Юрист Дмитрий Стекольников считает, что арбитражные суды зачастую и вовсе игнорируют позицию ВС. Он обратил внимание на интересное постановление Арбитражного суда Московского округа, вынесенное в деле № А40-330260/2019 о банкротстве Дмитрия Ершова, представителем которого был сам Стекольников. Суд в своей позиции исправил ошибку нижестоящих инстанций и заодно детализировал правила реализации принадлежащей должнику недвижимости. 

«Это постановление — еще один правильный и полезный шаг в регламентировании весьма щепетильной задачи об обращении взыскания на единственное жилище, которую суд вынужден решать вместо законодателя», — уверен партнер правового бюро Олевинский, Буюкян и партнеры Елена Полеонова.

Разрешить продать — не значит продать

8 октября 2021 года состоялось собрание кредиторов Ершова. Основной темой повестки был вопрос о лишении должника исполнительского иммунитета в отношении единственного жилого помещения. Мажоритарный кредитор проголосовал за, рассказывает Стекольников. В результате решили: Ершову купят замещающее жилье после продажи принадлежащей ему недвижимости.

После этого финансовый управляющий Лола Арсланова подготовила проект положения о продаже имущества должника. В него вошла вся находящаяся в собственности Ершова недвижимость: квартира в Москве стоимостью порядка 80 млн руб. и загородный дом с участком под ним с начальной ценой в 43 млн руб.

АСГМ утвердил предложенный управляющим порядок. А 9-й ААС уточнил: «Само по себе утверждение положения не влечет за собой безусловное наступление последствий в виде заключения договора купли-продажи с победителем торгов, регистрации перехода права собственности на ранее принадлежащее должнику недвижимое имущество за победителем торгов».

Утром — определение, вечером — продажа

АС Московского округа с нижестоящими инстанциями не согласился и направил вопрос об утверждении порядка продажи жилой недвижимости на пересмотр.

Окружной суд напомнил, что лишить жилье исполнительского иммунитета можно только в двух случаях: 

  • Должник сам создал ситуацию, при которой жилье осталось единственным. 
  • Спорное жилье «роскошно», его размеры кратно превосходят нормы жилых помещений по соцнайму в регионе проживания должника.

Во втором случае условия сделок купли-продажи должны быть сформулированы таким образом, чтобы право собственности должника на имеющееся у него жилье прекращалось не ранее возникновения права собственности на замещающую недвижимость. Поэтому «столь значимый» вопрос нужно ставить на обсуждение собрания кредиторов, во время которого свое мнение выскажет каждый из кредиторов, должник и финансовый управляющий.

Такое обсуждение обязательно должно произойти до рассмотрения вопроса судом, а судебный контроль порядка предоставления замещающего жилья необходим. Этот вопрос нужно решить до того, как недвижимость должника уйдет с молотка. 

То есть перед тем как утверждать положение о продаже имущества, суд должен был вынести определение об утверждении порядка предоставления замещающего жилья. А раз это сделано не было, вопрос должен быть рассмотрен повторно на заседании АСГМ.

Наиболее интересно в обсуждаемом постановлении достаточно подробное и четкое описание того, как сейчас регулируется исполнительный иммунитет, и двух оснований отхода от него, уверен Бахилин. Это описание гораздо более компактное и конкретное, чем у КС, отмечает эксперт.

Позитивно оценивает вывод АС Московского округа и Полеонова. «Особое уважение вызывает ответственная и квалифицированная позиция кассации, которая без труда могла бы уклониться от разработки нового направления и формирования судебной практики», — комментирует юрист.

Представитель Ершова рассказывает, что в рамках банкротного дела его доверителя скоро подадут кассационную жалобу в другом споре — об исключении загородного дома из конкурсной массы как единственного жилья. Нижестоящие инстанции в этом требовании отказали. С учетом постановления, о котором мы рассказали в этом тексте, перспективы положительного решения существенно улучшились, полагает Стекольников.

Автор: Максим Вараксин

Источник: Право.ру